СВЕТЛОЕ ОЗЕРО

Михаил Пришвин

Собрание сочинений в 6 томах.
М.,1956. т 2, с. 425-429

Истинная правда, - уверяет меня хозяин последней станции перед селом Владимирским, - истинная правда, город тут есть: не зря же валит народ. Хорошенько покопаться, так на всех бы богатства хватило. Село, говорят мне, стоит недалеко от Светлого озера. Гляжу пристально вперед: хочу скорее увидеть чудесное место. По сторонам - пестрые, заросшие желтой сурепицей и лиловыми колокольчиками полоски полей, кучки сосен - остатки вырубленных Керженских лесов, изгороди, столбики с иконами. Озера нет. - Там, там, - указывает спутник рукой. ... И тут-то глянуло на меня из леса спокойное, чистое око. Светлое озеро - чаша святой воды в зеленой, зубчатой раме. На первом холме часовня, забытая богом, не скрытая вместе с другими церковь города праведников. Возле нее на камне сидит древняя старуха, конечно, Татьяна Горняя. - Был тут, - рассказывает она мне, - лес дубовый, а потом ничего не было. Князь Сибирский, прежний хозяин озера, распахал горы, хутор построил и хлеб сеял. Недолго хозяйничал. Господь покарал его за то, что хотел спустить озеро. Клад там есть на дне: бочка с золотом висит на четырех столбах. Князь хотел завладеть кладом, спустить озеро в речку Люнду. Канаву прорыл, думал - побежит вода. А озеро не пошло. И господь покарал нечестивого князя: пропал он. С тех пор заросли горы лесом, темным сосняком да ельником. - А город, - спрашиваю я, - Китеж, откуда он взялся? - Турка скакал, - ответила Татьяна Горняя, - скакал по версте шаг. Господь и пожалел город из-за праведников, скрыл его от турки. Есть об этом летопись, зашита она в книгу Голубиную. Та книга весом полтора пуда, запирается винтами и лежит промеж Нижнего и Козьмодемьянска. Никто из простых людей той книги не видел. А видел ее один Максим Иванович из деревни Шадрине. Он списал летопись и теперь пишет и продает по полтиннику. Летопись о невидимом граде - книжечка в темном переплете с писанными киноварью заставками, с черными большими славянскими буквами. И, задумчиво глядя, как ветер колышет бирюзовую, лунным светом обрызганную воду, старуха прибавила: - Сейчас в Китеже всенощные отходят... Слышишь, народ из церкви пошел?.. А ночью будет виден прекрасный город. Избы лазоревые, соборы из чистого золота, на серебряных яблонях жемчужные плоды. Трое суток прожил Семен у Светлояра. Видел, как молился счастливому городу черный народ. Видел, как собирают песок, по которому ходят счастливые люди. Светились янтарные зори - это сияли китежские купола; шелестел озерный камыш - это на китежском базаре шумел народ. Какая-то странница.рассказала Семену легенду, что, когда в Китеже кто-нибудь засмеется, в Светлоярском лесу расцветает новый цветок. Семен собирал ландыши, и, казалось, что их жемчужные колокольчики звенят то как песенка Са-ламаниды *, то как скоморошьи, веселые небылицы. Старица Аграфена из часовни прочитала ему летопись о князе Георгии, укрывавшемся здесь от Батыя. Семен усмехнулся. Не князю, а прекрасной мечте о счастье молились богомольцы. * Саламанида - героиня повести (сост.). На четвертый день, поцеловав место, где стоит большой собор, Семен взял китежской земли и ушел на Волгу. Страшное буйство окончательно овладело им. Нищие создали сказочный Китеж... ... Говорят, что ярмарку в 1817 году перенесли от Макария в Нижний потому, что житья не стало на Волге от разбойничьей шайки Семена Рындина.

М. М. ПРИШВИН

КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВА М. М. ПРИШВИНА

1873 (23 января ет, ст.) Рождение М. М. Пришвина в имении Хрущеве Елецкого уезда Ордовской губернии, принадлежавшем его родителям: Михаилу Дмитриевичу и Марии Ивановне (урожд. Игнатовой); оба — купеческого звания.

1880 Смерть отца.

1882 Окончил сельскую школу.

1883 Поступил в первый класс Елецкой классической гимназии.

1884 Остался на второй год в 1-м классе, побег в «Америку» на лодке с товарищами . « В душе отчаянье, что Америки нет» (дневник 1918 г.).

1888 Исключен из 4-го класса гимназии за дерзость учителю В. В. Розанову. «Побег в Америку, исключение из гимназии — два крупнейших события моего детства, определяющие многое в будущем» (дневник 1918г.).

1889 Переезд М. М. Пришвина в Тюмень к дяде И. И. Игнатову, крупному сибирскому промышленнику.

1892 Окончил шесть классов Тюменского реального училища.

1893 Уезжает один в Елабугу, где сдает экстерном экзамены за 7-й класс. Осенью поступает в Рижский политехникум (химико-агрономическое отделение).

1894 Поездка на Кавказ в Гори для работ на виноградниках.

1896 Работа в марксистских кружках.

1897 Арест за революционную деятельность и одиночное заключение в Митавской тюрьме.

1898—1900 Высылка на родину, в Елец.

1900 Поездка за границу. Германия. Поступление в Лейпцигский университет. Летние семестры в Иенском университете. Увлечение музыкой Р. Вагнера.

1902 Окончил философский факультет. Поездка в Париж. Встреча с В. П. Измалковой, имевшая определяющее влияние на жизнь и творчество писателя. Возвращение в Россию: Хрущеве, Петербург, Москва. Работает агрономом на хуторе графа Бобринского в Богородицком уезде Тульской губернии.

1903 Работает агрономом в Клинском уездном земстве Московской губернии. Встреча с Е. П. Смогалевой и начало семейной жизни с нею и пасынком Яковом (погиб во время Гражданской войны в рядах Красной Армии).

1904 Работает в вегетационной лаборатории профессора Д. Н. Прянишникова в Петровской сельскохозяйственной академии. Переезд в Петербург. Работает секретарем у крупного петербургского чиновника В. И. Филипьева. Первый (не напечатан) рассказ «Домик в тумане».

1905 Работает агрономом в г. Луге на опытной станции «Заполье» и одновременно в журнале «Опытная агрономия». Составляет сельскохозяйственные книги: «Картофель в полевой и огородной культуре» и др. Увольнение с опытной станции. Начало работы корреспондентом в газетах «Русские ведомости», «Речь», «Утро России», «День» и др., продолжавшейся вплоть до Октябрьской революции.

1906 Петербург, Малая Охта. Рождение сына Льва. Знакомство с этнографом Н. Е. Ончуковым. Поездка в Олонецкую губернию за этнографическими материалами. Первый напечатанный рассказ «Сашок» (в журнале «Родник»). Работа над книгой «В краю непуганых птиц» (издана в 1907г., Петербург, изд-во Девриена).

1907 Поездки в Карелию и Норвегию. Зимой работа над книгой «За волшебным колобком» (издана в 1908 г., Петербург, изд-во Девриена).

1908 Весна в Хрущеве. Поездка в Керженские леса Нижегородской губернии, на Светлое озеро. Лето в деревне Шершнево Смоленской губернии. Зима в Петербурге, работа над книгой «У стен града невидимого». Знакомство с петербургскими писателями (А. А. Блоком, А. Н. Толстым и др.).

1909 Весна в Хрущеве. Лето в Петербурге. Поездка в степи за Иртышом. Написаны «Адам и Ева» и «Черный араб». Рождение сына Петра.

1910 За книгу «В краю непуганых птиц» избран действительным членом императорского Географического общества. Весна в Хрущеве. Лето в Брянских лесах. Пожар, описанный в рассказе «Мои тетрадки». Петербург. Золотоношская улица. Работа над рассказами «Крутоярский зверь», «Птичье кладбище» и др.

1911 Начало переписки с М. Горьким. Жизнь в Новгородской губернии (деревни Лаптеве, Мшага, Песочки) до 1915 г. Охота в новгородских лесах. В Петербурге жизнь наездами, на Ропшинской ул. Сочинения в трех томах в издательстве «Знание» (последний том вышел в 1914 г.).

1913 Сборник «Заворошка». Поездка в Крым. Написана повесть «Славны бубны ».

1914 Смерть матери.

1915—1916 Петроград, Елец, Хрущеве. Поездка на фронт в качестве санитара и военного корреспондента. Публикация корреспонденции с фронта в газетах.

1917 Петроград, Елец, Хрущево. В Петрограде работал секретарем в министерстве торговли. В Хрущёве наравне с крестьянами имел надел земли и единолично его обрабатывал. Окончательно уехал из Петрограда на родину в начале 1918 г.

1918—1919 Елец, работает организатором краеведческого дела, преподавателем русского языка в бывшей Елецкой гимназии (из которой был исключен в детстве), инструктором народного образования.

1920, Уехал с семьей из Ельца на родину

18 июня жены в деревню Следово Смоленской губернии. Работал в селе Алек-сино Дорогобужского района учителем и директором школы второй ступени. Организовал музей усадебного быта в бывшем имении Барышникова и принимал участие в организации музея в Дорогобуже. Работал на батищевской опытной станции Энгельгардта.

1922—1924 Переселяется с семьей в Талдомский район под Москву (деревни Дубровка и Костино). Работа над книгой «Башмаки». Начал о работы над автобиографическим романом «Кащеева цепь», охотничьими рассказами и новеллами о природе.

1925 Переезд в Переславль-Залесский, жизнь на «Ботике» (дворец Петра Великого). Краеведческая работа. Книга «Родники Берендея».

1926 Переезд в Загорск Московской обл. Продолжение работы над «Кащее-вой цепью». Начало работы над «Журавлиной родиной».

1927—1930 Публикация собрания сочинений в семи томах.

1931 Весна, поездка на Урал по командировке редакции журнала «Наши достижения».

Осень Поездка на Дальний Восток по командировке редакции газеты «Известия».

1932 Работа над книгой «Золотой рог» и повестью. «Жень-шейъ».

1933 Книга «Мой очерк» с предисловием М. Горького. Поездка на Север: Беломорский канал, Хибины, Соловки. По материалам этой поездки написаны очерки «Отцы и дети». В журнале «Красная новь» (1933. № 3) опубликована повесть «Корень жизни» («Жень-шень»).

1934 Поездка в Горький для изучения автомобильного дела. Работа над киносценарием «Хижина старого Лу-вена».

1935 Поездка в северные леса: Вологда — Архангельск и по реке Пинеге. . Очерки «Берендеева чаща». Сборник «Зверь-бурундук» для детей.

1936 Поездка в Кабарду по заданию редакции газеты «Известия». Работа по материалам поездки: повесть «Счастливая гора» (не окончена).

1937 Весенняя и летняя работы на тему об охране леса (под Загорском), нашедшие отражение в «Лесной капели».

1938 Поездка на автомашине («Дом на колесах») в Кострому на весенний разлив за материалами к роману «Осударева дорога». Работа над первой частью романа («Падун») и над книгой «Серая Сова».

1939 Награждение орденом «Знак Почета». Написаны «Неодетая весна» и цикл «Лисичкин хлеб».

1940 Женитьба на В. Д. Лебедевой. Лето в деревне Тяжино под Бронницами Московской области. Написаны «Фацелия», «Лесная капель» и цикл «Дедушкин валенок».

1941 Ранней весной поездка в Весьегон-ское военно-охотничье хозяйство по командировке редакции газеты «Красная звезда».

Весна — начало лета В деревне Старая Руза Московской области. В августе эвакуация из Москвы в деревню Усолье Ярославской области.

1942 Начало работы над третьей частью «Кащеевой цепи».

1943 Написаны «Рассказы о ленинградских детях». Награждение орденом Трудового Красного Знамени в связи с семидесятилетием со дня рождения. Возвращение из эвакуации в Москву.

1944 Закончена «Повесть нашего времени».

1945 Летом жизнь под Москвой в Пушкине, где написана «Кладовая солнца».

1946 Работа над «Осударевой дорогой». С марта жизнь в доме отдыха «Поречье» Звенигородского района Московской области. В мае покупка дома в деревне Дунино около «Поречья». Подготовка материалов к книге «Глаза земли» (издана посмертно).

1947 Закончен сценарий «Серый помещик».

1948 Сборник «Золотой луг». Сборник «Моя страна» с новыми авторскими текстами — предисловиями к разделам книги. Летняя поездка в деревни Хмельники и Новоселки Пе-реславского района Ярославской области, где произведены первые записи к «Корабельной чаще».

1950 Написан «Заполярный мед».

1952 Возобновлена начатая в 1942 г. работа над третьей частью «Кащеевой цепи»: «Мы с тобой» (не закончена).

1953 Сборник «Весна света» с новыми авторскими вступлениями к разделам книги и послесловием. Работа над незаконченной книгой «Искусство как образ поведения», частично включенной в последнюю редакцию «Кащеевой цепи».

1954, 16 января М. М. Пришвин скончался в Москве.

В. Д. Пришвина

ВСТРЕЧА

Люди, знавшие Пришвина в молодости, говорили и писали, что он похож на цыгана (видимо, из-за его черных волос). Когда я встретила его, ничего цыганского в нем не оставалось. Это было привлекательное, открытое и очень русское лицо.

Спутники и свидетели жизни нашей быстро уходят. Фотографии остаются все такие разные... Вот почему хочу я описать, какой мне запомнилась наружность Михаила Михайловича при первой встрече.

У него был небольшой и правильный нос с тонкими ноздрями. Чистой, четкой формы рот. Рот несколько скрыт подстриженными усами. Небольшая борода. Скульптурный лоб, он переходит в открытый спереди высокий купол головы. Пришвин не знал, как это было выразительно, красиво. Есть у него в дневнике запись о том, как с годами ему «пришлось зачесывать волосы свои наперед, и кто-то открыл их однажды (то была писательница О. Форш. — В. П.) и сказал: «Зачем вы закрываете, у вас такой правильный лоб, превосходная лысина». И вот я мало-помалу примирился с лысиной».

На затылке и висках круто и крупно вились густые волосы, черные с обильной сединой. Во-лосы были от природы тонки и потому лежали легко и подвижно: они осеняли лицо. Светлый оттенок кожи (чистота ее как у ребенка, и так до последнего дня) в соединении с блеском седины в кудрях, их легкость — все это создавало впечатление полета, свечения. Голова жила и смотрелась как-то независимо от тела, она венчала его.

И вообще надо сказать, что чем старше становился Михаил Михайлович, тем одухотвореннее было его лицо. Так воспринимали не только художники, писавшие его, но и все мы, близкие друзья.

В связи с этим вспоминается собственное наблюдение Пришвина по поводу своей матери. Он как-то записал, что мать его «только к старости стала по-настоящему красивой, привлекавшей к себе людей».

Глаза у Михаила Михайловича были серо-зеленые, менявшиеся в окраске, вероятно, в зависимости от самочувствия. Их особенность — выражение напряженной мысли и ее двойное устремление: и внутрь себя, и к собеседнику. Полная отданность внимания человеку, доверие и открытость и в то же время какая-то твердость в себе, даже неприступность: собеседник не должен был переступать через эту оберегаемую мысленную грань. Трудно передать мне это выражение словами... Видимо, это была победа над старческой естественной расслабленностью — над старением души. Мы это старение не заметили у Михаила Михайловича до его последнего часа. Что — мы! Об этом убедительней всего свидетельствует дневник писателя — сколько в нем силы и света!

Голос Пришвина был мягок, глуховат по тембру — баритональный тенор. В произношении Михаил Михайлович сохранил до старости родное елецкое смягченное «г». Речь его была речью человека не пишущего, а сказывающего, она не была связана никакими синтаксическими и грамматическими условностями и правилами. Она всецело подчинялась одному — музыкальному ритму. Поэтому в устных выступлениях Пришвин делал повторы, паузы, позволял себе иногда какие-то неопределенные междометия, вроде оханья или легкого помыкивания, перемежал рассказ обращением к слушателям или выражением личного отношения к сказываемому — прямым обращением к себе.

Это было море мыслей и чувств, игра интонаций, оттенков, в котором рассказчик плыл вполне свободно, ни на кого и ни на что не оглядываясь.

В этой абсолютной свободе от книжных условностей и одновременно в строжайшей подчиненности музыкальному началу, и еще в ощущении родства с каждым слушающим его человеком (родства если не осуществленного, то заданного), — в этом всем был, видимо, секрет обаяния пришвинского живого слова, как интимных бесед, так равно и выступлений с общественной трибуны.